Протест против рутины в театре: как на сцену вернули «Чайку» режиссера Юрия Бутусова

«Чайка», премьера которой состоялась 15 апреля 2011 года на сцене театра «Сатирикон», принесла Юрию Бутусову «Золотую маску» за лучшую режиссерскую работу в драме. Последний раз ее показали 1 июля 2022 года. Затем спектакль поставили на паузу в ожидании возвращения режиссера из-за границы, но в ноябре 2022 года Бутусов прислал директору Театра Вахтангова Кириллу Кроку по почте заявление с просьбой уволить его с поста главного режиссера театра в связи с отъездом во Францию и невозможностью продолжить очную работу над текущими постановками (тогда он дистанционно репетировал «Идиота»). 9 августа 2025 года во время отдыха в болгарском городе Созополь Бутусов пошел искупаться в шторм и погиб. 

Бутусов — самобытный художник со страстным отношением к классике. В мире, где человек становится свидетелем огромного количества трагических новостей, классические пьесы чаще всего не могут отразить градус беды, состязаться с реальностью. Но Юрий Бутусов умел подать их тексты как глобальную катастрофу, максимально подключить зрителей ко всем героям, переживающим кошмар и абсурд происходящего.

Несмотря на то, что спектакли режиссера в разных театрах снимают с репертуара, «Сатирикон», наоборот, принял решение восстановить радикальную постановку, оказавшую большое влияние на развитие театра. После выхода «Чайки» Бутусова, где предчувствие гибели заявлено с первой минуты действия, многие молодые режиссеры продолжили манеру режиссера погружать зрителя в историю крушения мира, пропускать каждую жизнь через себя и сжигать себя в искусстве.

Актерский состав остался прежним — пять мужских ролей и пять женских. Четыре акта (время каждого выверено до минуты: 61, 55, 37 и снова 55), три антракта. Общее время постановки — 4 часа 40 минут. Сам Бутусов играл в поставке дух Треплева: протестовал против театральной рутины, периодически врывался на сцену, крушил декорации и устраивал бешеные танцы. В восстановленной версии дух Треплева-Бутусова тоже врывается на сцену в окровавленной повязке на голове, рисует краской на белом листе аритмию сердца и стреляется, но только на видео.  

Режиссер Бутусов посвятил «Чайку» актрисе Валентине Караваевой. После успеха в фильме Юлия Райзмана «Машенька» в 1942 году 21-летняя Караваева получила Сталинскую премию второй степени, а в 1944 году попала в автомобильную аварию, обезобразившую ее лицо. Страдая от невостребованности и безденежья, она 22 года в одиночестве в своей квартире играла на любительскую камеру Нину Заречную. Видео с Бутусовым показывают так же, как их записывала Караваева, — на белой простыне.

Его «Чайка» — посвящение театру-чудовищу, который требует от актеров жертвоприношения и может предать их в любую минуту. Актеры стараются сыграть любую роль, быть женщиной, мужчиной или собакой, сгорать и превращаться в пепелище. Так, Антон Кузнецов из собаки Трезора, которая не дает спать Сорину, становится учителем Медведенко и управляющим Шамраевым. Доктор Дорн в исполнении Артема Осипова в конце играет Константина Треплева. Аркадину исполняют то Полина Райкина, то Лика Нифонтова. Машу играют Марьяна Спивак и Марина Дровосекова. 

Тимофей Трибунцев в роли Треплева перед началом спектакля рисует краской на ватмане озеро, лодку и рыб. Чуть выше — человека под зонтом, а вверху — дождевые облака и имя Нина. Потом рисует дерево и рядом два человеческих контура. Один заполнит Костя Треплев, другой — Нина Заречная. Вот и театр, в котором «непременно должна быть любовь».

Еще на сцене двери, открытые в никуда, канаты-виселицы и груда мусора у деревянного креста. Все это будет работать в спектакле, станет верой и удавкой, а хлам под ногами — символом разрушенных мечтаний. В конце спектакля отходы после пребывания гостей в имении Сорина (Владимир Большов) соберут в ковры, расстеленные для счастливого отдыха на природе в сельской местности, и выбросят, оставив на сцене только пустую кровать, канаты с петлей на конце, кресты для покаяния. Дадут несколько минут тишины перед смертельным выстрелом (сценография Александра Шишкина).

В канатах покончит с жизнью Константин Треплев — на них, как на виселицах, повиснут не нашедшие счастья женщины. В туго перекрученные веревки, как в материнское ложе, Маша поместит голого пупса — символ ребенка, рожденного не от любимого человека. Она же, раскачивая канат, будет бить в него как в колокол, когда на видео появятся кадры с Юрием Бутусовым.

Валентина Караваева, чьему актерскому подвигу посвящен спектакль, собирала чучело чайки из проволоки, бумаги и перьев. Так же по-любительски собирает свой театр и Юрий Бутусов. В нем звук шагов Заречной можно нарисовать и показать залу огромный след стопы Агриппины Стекловой (Нина Заречная), настраивая зрителей на веселое. Разбросать по сцене 70 000 рублей, которые Аркадина держит в одесском банке. Шесть верст, которые в отсутствие лошадей Медведенко идет пешком до имения Сорина, отмерить, забираясь по канату вверх (привязать к нему целлофановый пакет — и вот уже ветер колышет дерево).

Луну на красном небе изобразить, раскрыв красный зонтик. Под ним доктор Дорн вдруг запоет, а актеры будут поливать его сверху водой, как в голивудском хите 1950-х «Поющие под дождем». Цитату из Дорна, что «блестящих дарований теперь мало, но средний актер стал гораздо выше», озвучит безумным выходом Антон Кузнецов в пилотке и в солдатской шинели, надетой на голое тело. Дымом для спектакля про мировую душу можно сделать кипяток, который режиссер Треплев льет из ведра в корыто. А монолог Нины Заречной про мир, где умерли все жизни, поддуть снегом из пенопласта, а потом ходить по залу и посыпать им головы зрителей.

Режиссер будто бы относится к пьесе как к шутке, предлагая веселую бутафорскую игру в театр. Следуя Чехову, изменившему театр своей «Чайкой», Бутусов тоже идет «против условий театра» и, кажется, разгадывает, почему пьесу, где все несчастны, рушатся судьбы и в конце стреляются, писатель называл комедией. Его спектакль — тоже комедия, где все герои тотально, оглушительно несчастны. Весь этот цирк, где разбитое сердце можно нарисовать краской и по-клоунски набросить шляпу на голову с носка ботинка, глубоко трагичен. Зрители смеются над нелепыми людьми, пока они дерутся, орут, кричат, вопят от боли, опрокидывают столы, кидаются стульями, катаются по полу. И все танцуют до безумия, будто стараются в танце вырвать с корнем боль.  

Ссора Аркадиной с Шамраевым по пустяковому поводу, когда управляющий не дает артистке лошадей, и милая деревенская скука с раблезианским благолепием стола превращается в античную трагедию. Бьются бокалы, Маша кричит, что тащит свою жизнь волоком, Треплев сжигает все, что написал. Шамраев в солдатской шинели бегает с белым флагом сдаваться, потом в истерике раздевается до желтых трусов и в рыданиях выбегает через зал. Дальше еще более трагикомично — окровавленная рубашка Треплева, переодетые в траурные платья женщины. Доктор наливает всем валерьяновых капель. 

Кажется, зал должен передохнуть на выходе Тригорина. У Дениса Суханова, который носит пиджак на голое тело, пластика гепарда. Его герой — знаменитость, притягательная для женских сердец, — исполнен животного очарования, но и он вписан в фатальную историю. Вялый поначалу разговор с Ниной заканчивается срывом. В агонии Тригорин сносит стол с яствами, в центре которого выставлена, как главное блюдо, тушка чайки с содранной кожей.

Его яростный монолог о мученичестве в профессии, которая не дает отдохнуть и забыться, о несчастье жить фальшивым ремесленником — это личный протест и Чехова, и Бутусова против рутины в театре, против страха закостенеть в искусстве. Тригорин выражает его неистово — крушит и поджигает декорации, завораживает зал адреналиновым танцем. Этому спектаклю очень идет музыка Фаустаса Латенаса. К центральной теме — феллиниевскому цирковому маршу — композитор присоединяет то французский хит, то джаз и вдруг переводит спектакль в рок-концерт с манифестами у микрофона. Так Латенас держит баланс между яростным протестом и нежностью к заброшенным и несчастным  героям. 

Последний акт, когда Аркадина предлагает сыграть партию лото перед ужином, а к Треплеву приходит Нина, режиссер отдает всем участникам спектакля. Первым монолог Треплева выкрикивает и потом стреляется сам Бутусов. Затем то же самое делает Тригорин.

К трагической развязке подключаются Шамраев и доктор Дорн. Монолог Нины разделен на трех актрис. Они играют три периода жизни Валентины Караваевой: молодую, но уже с обезображенным лицом, состарившуюся и найденную в квартире лежащей в ледяной воде. В роли молодой Караваевой выходит Маша в исполнении Марьяны Спивак, она еле стоит на ногах. Затем Лика Нифонтова, только что игравшая Аркадину, на ней мокрая одежда, ей холодно. Последняя Нина-Караваева Агриппины Стекловой — уже потерявшая человеческий облик нищенка. Нина с Треплевым сидят рядом на кровати на ветру. Позади «теплая, радостная, чистая жизнь и чувства, похожие на нежные, изящные цветы». Дальше Нина потащит на себе свой крест, а для Треплева уже раскачан канат.